Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Келлог рассказал, зачем США начали переговоры с Лукашенко
  2. В России князя Дмитрия Донского (чьи мощи нашли недавно) считают святым. Рассказываем, чем в реальности он отличился
  3. «Южные и восточные районы рискуют стать непригодными для жизни в ближайшие 10 лет». Ученый — о том, как спасти водоемы от обмеления
  4. «Нет слов, одни эмоции». Минчанка искала того, кто нашел и вернул ее кошелек, а тот вдруг объявился сам и через милицию требует награду
  5. Для водителей этой осенью собираются ввести новшество
  6. Пропавший в 2022 году украинский экс-депутат нашелся в Беларуси — во главе одного из заводов
  7. «Знатно офигели». Карточки каких беларусских банков работают в ЕС, а каких — нет (истории тех, кто проверил это на практике)
  8. «Без паники». В парламенте заметили, что средняя зарплата «взбудоражила» людей, и бросились успокаивать — оцените, убедительно ли вышло
  9. У украинцев спросили об отношении к Лукашенко, Беларуси и беларусам. Вот результаты
  10. «Пафосное говно». Беларуска показала в Threads полученную «бацькаву кашулю» — там быстро придумали более полезные семьям подарки
  11. В Минске создают гигантскую сеть видеонаблюдения во дворах — на 20 тысяч камер. За чем они будут следить
  12. «Не стоит делать вид, что мы все — Там и Здесь — вместе и заодно». Большое интервью с одним из самых популярных беларусских писателей


/

Беларусские пенсии все больше недотягивают до уровня, который власти установили как цель. По последним данным, в среднем пенсия по возрасту едва превышает 35% от усредненного заработка по стране. Почему не удается поднять выплаты пенсионерам, спросили старшую научную сотрудницу BEROC Анастасию Лузгину.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Пенсии в Беларуси — ниже минимального рекомендуемого порога

В Беларуси увеличивается разрыв между средней зарплатой и размером выплачиваемых пенсий. Средняя пенсия по возрасту составляет 35,2% от усредненного заработка. Год назад — 36,6%, а пять лет назад — 37,4%. При этом власти устанавливали цель — чтобы такие выплаты были хотя бы 40% от средней зарплаты.

— На самом деле соотношение пенсий и зарплат на уровне 40% — это обязательный минимальный показатель, который рекомендует Международная организация труда (МОТ). Желательно, чтобы он был выше — хотя бы 50−70%. Это позволяет людям не просто существовать, а нормально жить. Раньше — те же лет пять назад — в Беларуси колебания средней пенсии были как раз на указанном выше минимальном уровне. Сейчас он ниже, — комментирует Анастасия Лузгина. — Когда пенсии падают ниже 40% от средней зарплаты, это увеличивает риск того, что большая доля пенсионеров может перейти в разряд бедных людей.

Почему не получается поднять пенсии

Тому, что пенсии не удается повышать теми же темпами, что и зарплаты, а также дотянуть их хотя бы до 40% от заработков, есть несколько причин, отмечает Анастасия Лузгина. Одна из них связана с демографией и рынком труда. В Беларуси становится все больше людей пенсионного возраста, тогда как группа трудоспособных сокращается. Это важная особенность с учетом того, что у нас солидарная пенсионная система (то есть нынешние работники обеспечивают выплатами теперешних пенсионеров).

— Поэтому на Фонд соцзащиты населения (ФСЗН) ложится более высокая нагрузка, ему нужно находить дополнительные деньги, чтобы финансировать выплаты.

Сейчас десять работающих обеспечивают выплатами четверых пенсионеров.

На это накладывается активный рост зарплат. Причем, с одной стороны, это приводит к увеличению страховых выплат, но с другой — этот рост происходит до определенного размера. То есть законом установлен потолок дохода. Те, кто зарабатывает больше, все равно платят взносы только по этой максимальной планке.

— В нашей пенсионной системе есть еще одна давняя проблема — это то, что она работает по распределительному принципу. Это значит, что нынешние работники финансируют пенсии нынешним пенсионерам. То есть у нас нет полноценного накопительного элемента, который есть в большинстве европейских стран, — говорит Анастасия Лузгина. — Такой принцип не позволяет даже мечтать о более высоком уровне пенсии по отношению к зарплате. Ведь он может достигаться за счет накопительного элемента.

Почему просто не взять деньги из бюджета?

Представители ФСЗН ежегодно отчитываются, что бюджет структуры профицитный. Однако это уже после того, как в него вливают существенные суммы из республиканского бюджета. Например, в прошлом году так перечислили более 1,8 млрд рублей.

Но переводить в Фонд соцзащиты населения больше средств было бы довольно проблематично, указывает экономистка, потому что казна страны тоже испытывает трудности.

— Надо понимать, что бюджет, как говорится, не резиновый. Если посмотреть на планы, то в этом году дефицит бюджета запланирован в размере 1,6% ВВП (4,46 млрд рублей. — Прим. ред.). Это не так много, если он управляемый, — плохим считается дефицит выше 3%. Но в любом случае этот минус надо за счет чего-то финансировать. На этот год планировалось делать это в том числе за счет заемных средств.

Аналитик подчеркивает, что перераспределять средства из казны на выплаты пенсий было бы проблематично, потому что там просто нет свободных средств. За счет него финансируется ряд социальных и общественно важных проектов. К тому же из нее платят зарплаты бюджетникам — тем же медикам и учителям — и финансируют различные инвестпроекты, за счет которых в первую очередь стремятся достичь заветных процентов экономического роста.