Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Минске создают гигантскую сеть видеонаблюдения во дворах — на 20 тысяч камер. За чем они будут следить
  2. Для водителей этой осенью собираются ввести новшество
  3. «Южные и восточные районы рискуют стать непригодными для жизни в ближайшие 10 лет». Ученый — о том, как спасти водоемы от обмеления
  4. «Нет слов, одни эмоции». Минчанка искала того, кто нашел и вернул ее кошелек, а тот вдруг объявился сам и через милицию требует награду
  5. На границе Беларуси и РФ снова закрывали пункт пропуска «Красный Камень». «Зеркало» узнало, что случилось
  6. «Никак не могли выяснить причину». Купившая Belgee беларуска рассказала в Threads о проблеме, с которой столкнулась — многим откликнулось
  7. «Пафосное говно». Беларуска показала в Threads полученную «бацькаву кашулю» — там быстро придумали более полезные семьям подарки
  8. «Не стоит делать вид, что мы все — Там и Здесь — вместе и заодно». Большое интервью с одним из самых популярных беларусских писателей
  9. У украинцев спросили об отношении к Лукашенко, Беларуси и беларусам. Вот результаты
  10. Минчане обсуждают отмену продажи талонов у водителей с 1 сентября. «Минсктранс» прокомментировал ситуацию
  11. В России князя Дмитрия Донского (чьи мощи нашли недавно) считают святым. Рассказываем, чем в реальности он отличился
  12. Келлог рассказал, зачем США начали переговоры с Лукашенко


/

Представители Лукашенко сами вышли на журналиста журнала Time Саймона Шустера, чтобы убедить его взять интервью у беларусского политика. Об этом старший корреспондент рассказал в статье, которая была опубликована на страницах издания по итогам его визита в Минск.

Александр Лукашенко и Саймон Шустер. Июль 2025 года, Минск. Фото: president.gov.by
Александр Лукашенко и Саймон Шустер. Июль 2025 года, Минск. Фото: president.gov.by

Александр Лукашенко 25 июля дал интервью американскому журналу Time, его собеседником стал журналист и писатель Саймон Шустер. Беларусские госСМИ показали запись интервью 8 августа.

Саймон Шустер отметил, что «договариваясь об интервью с главой государства, журналист обычно сам делает первый шаг, отправляя запрос в пресс-службу и надеясь, что кто-то откликнется».

«Иногда, когда президент действительно хочет поговорить, приглашение может быть направлено в другую сторону (от лидера страны — к журналисту. — Прим. ред.). Но редко когда предложения были столь настойчивыми, как те, что дошли до меня этой весной от союзников Александра Лукашенко, диктатора Беларуси», — написал журналист.

Он отметил, что ему «не сразу было понятно, чего хотели посредники». Ведь Шустер «никогда не был в Беларуси и много о ней не писал», хотя его материалы о России и Украине дали ему «представление о Лукашенко».

«В Европе ему (Лукашенко. — Прим. ред.) выпала сомнительная честь удерживаться у власти дольше, чем любому другому действующему лидеру — поразительные 31 год без перерыва. Это означает, что большинство из девяти миллионов человек в его стране, не имеющей выхода к морю, никогда в своей взрослой жизни не видели другого правителя. Его режим также является одним из самых репрессивных и изолированных в мире, имея ужасные отношения и практически полное отсутствие торговли с четырьмя из пяти соседей, и практически полную зависимость от пятого: России», — написал Шустер.

Журналист подчеркнул, что один из его знакомых экспертов по региональной политике заявил, что «Беларусь выполняет функцию „российского балкона“ с видом на Европу» и наша страна стала для РФ «плацдармом, учебной базой, источником снабжения и боеприпасов».

«Поэтому для меня было неочевидным принять в мае звонок от чиновника из правительства Лукашенко, который, казалось, был немного неопытен в общении с западными СМИ. Через несколько минут нашего разговора чиновник спросил, сколько будет стоить интервью для TIME, и, судя по его голосу, был озадачен, узнав, что этот процесс не может быть связан с какой-либо взяткой. „Просто проверяю, — ответил он, — чтобы избежать недоразумений в будущем“. После нескольких звонков и сообщений мы договорились об условиях интервью: оно состоится в Минске, столице Беларуси, без каких-либо вопросов и тем для обсуждения. Лишь позже, после нескольких бесед с американскими и европейскими дипломатами, мотивы Лукашенко стали очевидны», — написал сотрудник Time.

Шустер отметил, что с начала 2025 года «автократ ведет конфиденциальный диалог с администрацией Трампа, предлагая свои услуги в качестве своего рода шептуна Путина».

«Он консультировал американских чиновников о том, как поддерживать переговоры с Кремлем в нужном русле, и заверял их в готовности России к добросовестным переговорам, даже несмотря на продолжающиеся бомбардировки Украины. Используя все доступные каналы связи с Вашингтоном, Лукашенко преподносил перспективу мира, чтобы привлечь внимание президента Дональда Трампа», — написал журналист.

Он отметил, что американцы «подыгрывали» Лукашенко. В течение месяца после инаугурации Трампа в январе они совершили первый из как минимум пяти визитов в Минск, чтобы выяснить, чего могут от него добиться.

«В ходе этого процесса им удалось ослабить имидж Беларуси как государства-изгоя, добиться освобождения нескольких известных политических заключенных и открыть тихий канал связи с Кремлем через Минск. В этом контексте желание Лукашенко дать интервью журналу TIME имело смысл. Мне оставалось неясным, является ли он посредником в переговорах по миру, действующим по собственной инициативе, или марионеткой в руках Кремля. У американцев тоже были свои сомнения», — рассказал Шустер.

Журналист подчеркнул, что американцы использовали Лукашенко, чтобы продвинуть идею саммита между Путиным и президентом США. Они надеялись, что «это поможет выйти из тупика в мирном процессе, позволив Трампу поговорить с Путиным лицом к лицу».

«Как выразился Коул (бывший адвокат Трампа, который несколько раз в этом году встречался с Лукашенко от имени правительства США. — Прим. ред.), используя распространенное прозвище Лукашенко: «Встречу всегда лоббировали Луке, чтобы тот передал эту идею Путину».