В беларусских колониях у некоторых политзаключенных принудительно собирают ДНК-материал. С тем же требованием силовики стали приходить к людям, чьи близкие вынужденно покинули страну. Можно ли отказаться? DW спросила у юристов и правозащитников.
«Как раньше „снимали пальчики“ у всех»
В августе 2025 года могилевские правозащитники MAYDAY TEAM сообщили о нескольких визитах сотрудников РОВД к родственникам уехавших активистов и бывших политзаключенных. У людей брали слюну. Милиционеры объясняли, что создается база ДНК, чтобы при необходимости уехавших «можно было опознать».
В начале октября беларуска Алёна рассказала в Threads о звонке участкового в Гомеле. Он потребовал сдать образец ДНК, а на вопрос о причинах ответил, что это похоже на то, «как раньше „снимали пальчики“ (отпечатки пальцев. — Прим. ред.) у всех». По словам женщины, ей пригрозили: если откажется, составят рапорт и найдут через уголовный розыск. В итоге она согласилась, но после процедуры у нее остались тревога и вопросы о том, зачем милиции понадобился ее биоматериал.
О сборе ДНК у своих родственников сообщал и исследователь сталинских репрессий Игорь Станкевич. В июле прошел обыск в его минской квартире. Станкевич вынужденно уехал из Беларуси из-за угрозы политического преследования. Но давление на семью продолжается: у одних родственников брали образцы ДНК, у других проводят обыски и выясняют, где он находится и чем занимается.
По сообщениям правозащитников, генетический материал собирают у политзаключенных прямо в колонии, у некоторых — после освобождения, когда они приходят в милицию для постановки на учет.
Отдельные сообщения о таких процедурах появлялись еще в 2021 году — ДНК собирали у людей, которых привлекали к ответственности за участие в протестах. Однако это были единичные случаи. Сейчас же это стало системной практикой по всей стране.
Когда можно отказаться от сдачи ДНК
Юристы «Вясны» отмечают, что нужно различать две процедуры: снятие отпечатков пальцев и получение генетического материала. Для первой в Беларуси существует отдельный закон. Для второй общего закона об обязательной регистрации пока нет. Поэтому объяснение участкового, что ДНК берут так же, как прежде «пальчики», само по себе не дает правового основания для требования.
«Сдача биоматериалов (геномная регистрация) — например, слюны — предусмотрена только в добровольном порядке. Поскольку в Беларуси на данный момент не принят закон о геномной регистрации, процедура обязательной сдачи биоматериалов не предусмотрена. Это значит, что, как и от сдачи отпечатков пальцев в добровольном порядке, вы можете отказаться от сдачи биоматериалов, заявив об этом устно или письменно», — говорят в «Вясне».
Из этого правила есть исключение: получение образцов у подозреваемого или обвиняемого для исследования в рамках уголовного дела. Здесь речь идет о конкретном расследовании, а не о пополнении базы по желанию участкового. Как поясняет «Вясна», в таком случае предоставление биоматериала будет обязательным.
Получение образцов регулирует ст. 234 Уголовно-процессуального кодекса РБ. Следователь или сотрудник, ведущий дознание, должен вынести постановление, а сама процедура оформляется протоколом. Если образцы получает эксперт в ходе исследования, сведения об этом он отражает в заключении. Нельзя применять методы, опасные для жизни и здоровья или унижающие человека.
Со снятием отпечатков пальцев правила другие. Обязательная процедура предусмотрена, в частности, для подозреваемых, обвиняемых, осужденных и военнообязанных. В феврале 2026 года власти расширили этот перечень: в него включили также беларусов, постоянно живущих за границей.
За отказ от обязательной сдачи отпечатков могут привлечь к административной ответственности — за неповиновение законному требованию. Но переносить это правило на отказ сдать слюну нельзя, говорят правозащитники: «Сначала нужно установить, существует ли законное основание требовать именно генетический материал. Однако право на отказ при добровольной процедуре не гарантирует, что силовики не будут давить на человека».
Новый закон: кто получит доступ к базе
Государственный комитет судебных экспертиз выступил инициатором закона об обязательной геномной регистрации. В августе 2026 года председатель ведомства Алексей Волков сообщил, что вопрос прорабатывается и предложение поддерживают коллеги из правоохранительных и других государственных органов. Будущий закон должен определить категории людей, у которых образцы будут брать обязательно.
Юристка Беларусского Хельсинкского комитета Екатерина Дейкало обращает внимание на происходящее еще до принятия нового закона: «Совершенно непонятно, на каком основании, по какому принципу и для чего собирается этот генетический материал. Согласно стандарту прав человека, государство вправе создавать и использовать ДНК-реестры для предупреждения и расследования преступлений».
По словам Дейкало, важно, чтобы закон объяснял, кто обязан сдавать образцы, кто принимает такое решение и как проходит процедура. Также должны быть определены сроки хранения информации, правила доступа к ней и возможность добиться ее удаления.
Главный риск возникает, если ДНК собирают у всех подряд, без связи с конкретным преступлением, а данные хранятся бессрочно, говорит эксперт. Еще одна проблема — отсутствие защиты от использования базы для других целей.
В Беларуси эти риски усиливает отсутствие независимого контроля над силовыми ведомствами, считает Дейкало.
«Законы часто используются для политического преследования. Поэтому новые способы идентификации людей могут расширить возможности давления — как на самих уехавших, так и на их близких, оставшихся в стране», — заключила юристка.